Ясно одно: то, к чему его предназначают, начнется очень скоро. Надо думать, не позже чем завтра.
«Годится» — так сказал человек с тонким голосом. Как это понимать — годится? На что он годится?..
Усталость и нервное напряжение взяли, наконец, свое. Колесников заснул, но сидя на корточках, привалившись спиной к стене. (Хоть спина была защищена!) Он заснул со сжатыми кулаками, лицом к двери, чтобы не дать врагам захватить себя врасплох…
ГЛАВА III. ВЕТЕР В САДУ
1Колесников поднял голову, разогнулся. Несколько часов провел в неудобной, напряженной позе.
Итак, сверх ожидания ночь прошла спокойно.
Четким четырехугольником вырисовывается на стене окно с решеткой. Четырехугольник ярко-зеленый. Что это? А, листва за окном! И она не шевелится. Стало быть, день по ту сторону стены не только солнечный, но и безветренный.
Колесников шагнул к стене вплотную, подпрыгнул, ухватился за перекрестье решетки, подтянулся на руках.
Не повезло! Хотя комната помещается на втором этаже, но почти все пространство перед окном загорожено листвой и ветками каштана. Угораздило же это дерево вымахать у самого дома! Между ветками виден только клочок голубого неба. А что внизу? Не видно ничего.
Ага! Вот щель между листьями! Угадывается что-то вроде газона. Изумрудная гладь кое-где испещрена желтыми пятнышками. Цветы?
Невероятно! Цветы! Куда он попал?
Колесникову пришел на память Соколиный двор в Бухенвальде, о котором рассказывал покойный Герт, побывавший там до Маутхаузена. Не завели ли и здесь нечто подобное Соколиному двору?
Иначе говоря, организован дом отдыха, куда эсэсовцы приезжают с субботы на воскресенье, где проводят свободные вечера, чествуют своих начальников, развлекаются, увеселяются, в общем, дают разрядку нервам.